В традиционной культуре саха человек жил в мире, связанном с множеством духовных сил. Верхний, Средний и Нижний миры составляли единое пространство, а отношения с айыы, абаасы, духами мест и предками были частью представлений об устройстве мира.
Особое место в этой системе занимал ойуун — шаман, способный вступать в отношения с невидимым миром, обращаться к духам и совершать путешествия между мирами.
Призвание, духи-помощники, шаманское облачение, бубен и камлание составляли части особого пути человека, получившего шаманский дар.
В традиционных представлениях саха Вселенная состояла из трёх больших пространств — Верхнего, Среднего и Нижнего миров. Каждый из них имел своих обитателей, а вместе они составляли единое устройство мира.
Средний мир — пространство, в котором живут люди. Здесь же находятся многочисленные духи-хозяева мест и природных явлений — иччи. Гора, река, озеро, дерево или другое место могли восприниматься как пространство присутствия своего духа-хозяина.
Верхний мир связывался прежде всего с небесными божествами айыы. Однако небесное пространство не представлялось полностью однородным: в эпических представлениях существовали также абаасы Верхнего мира.
Нижний мир считался главным пространством обитания абаасы. В эпической картине мира он представлял собой особое пространство со своими обитателями, устройством и правителями.
Три мира соединяло мировое дерево. Его образ связывал небесное, земное и нижнее пространства в единую Вселенную. Дерево могло выступать и дорогой, по которой шаман совершал путешествие в иные миры.
Айыы — небесные божества, связанные с жизнью, плодородием, благополучием людей и домашнего скота. К ним обращались с благопожеланиями и просьбами, совершали возлияния и подношения. Обращение к айыы занимало важное место в обрядах праздника Ысыах.
Иччи — духи-хозяева мест, природных объектов и других значимых пространств и явлений. Своего иччи могли иметь земля, вода, огонь, лес, гора или озеро. Отношения с ними предполагали уважительное обращение и соблюдение установленных традицией правил. Иччи могли оставлять подношения.
Абаасы — многочисленные духовные существа, с которыми связывали опасность, болезни и нарушение благополучия человека. В мифологических и эпических представлениях существовали абаасы Верхнего, Среднего и Нижнего миров. Особенно тесно образ абаасы был связан с Нижним миром.
У саха шамана называли ойууном. Он занимал особое место в отношениях между человеком и духовным миром. Считалось, что способность шамана вступать в непосредственный контакт с духами связана с его призванием и избранием духовными силами.
Во время камлания ойуун обращался к своим духам и с их помощью мог совершать путешествие по Верхнему, Среднему и Нижнему мирам. Такое путешествие понималось как выход за пределы обычного человеческого пространства и непосредственное взаимодействие с его духовными обитателями.
К шаману обращались в ситуациях, когда требовалось вмешательство духовных сил: при болезни, для гадания и предсказания, проведения сложных обрядов. Возможности шаманов различались — в этнографических материалах зафиксированы разные категории и степени шаманской силы.
Возможности ойууна были связаны с духами, которые покровительствовали ему и помогали во время камлания. Шаманский путь предполагал особые отношения человека с духовным миром, начинавшиеся с его призвания.
Шаман вступал в пространство непосредственных отношений с духами и совершал путешествия между мирами.
В традиционных представлениях саха человек становился шаманом по избранию духов. Шаманский путь воспринимался как призвание, которое могло проявиться независимо от желания самого человека. Шаманский дар нередко связывали также с шаманами-предками и передачей способности внутри рода.
Одним из признаков избрания считалось состояние, которое исследователи позднее назвали шаманской болезнью. Будущий ойуун мог переживать необычные состояния, видения, приступы, стремление к уединению. В традиции подобные переживания связывались с воздействием духов и началом становления шамана.
С призванием связан один из наиболее выразительных образов якутской шаманской мифологии — воспитание души будущего шамана на особом дереве. В этнографических описаниях души будущих ойуунов помещаются в гнёзда на его ветвях, а положение гнезда связывается с будущей силой шамана.
Избрание понималось как тяжёлое испытание и преобразование человека. После принятия своего пути будущему шаману предстояло освоить отношения с духами и способы камлания. Так начиналось его становление как ойууна.
Шаманский путь начинался с момента, когда духовный мир призывал будущего ойууна.
Ойуун совершал камлание при поддержке духов, связанных с ним особыми отношениями. Главным среди них считался дух-покровитель — эмэгэт.
В этнографических описаниях эмэгэт мог пониматься как дух некогда жившего шамана или как иной духовный покровитель. С ним связывались шаманская сила и способность ойууна вступать в отношения с другими обитателями духовного мира.
Кроме главного покровителя, ойуун мог иметь других духов-помощников. Они могли представляться в человеческом облике, а также в образах животных и птиц. Во время камлания шаман призывал своих помощников и обращался к ним во время путешествия между мирами и исполнения обряда.
Образы духов присутствовали и на шаманском облачении. Металлические подвески и фигурки становились частью сложной системы предметов, окружавших ойууна во время камлания. Особенно выразителен образ эмэгэта — небольшого антропоморфного изображения духа-покровителя шамана.
Сила ойууна связывалась с духами, которые сопровождали его и помогали во время камлания.
Белых шаманов связывали с небесными божествами айыы. Им приписывали совершение обрядов и благопожеланий, связанных с благополучием людей, плодородием и продолжением рода.
В этнографических источниках белые шаманы упоминаются и в связи с праздником Ысыах, во время которого совершались обращения и подношения небесным божествам.
Чёрные шаманы вступали в отношения с абаасы и другими духовными силами. С их практикой особенно тесно связывались камлание, лечение болезней и шаманские путешествия между мирами.
Обращение к опасным духовным силам могло происходить ради лечения, защиты человека или восстановления нарушенного благополучия. Поэтому понятие «чёрный шаман» не следует понимать как обозначение злого шамана.
Разделение было сложнее простой противоположности света и тьмы. Представления о белых и чёрных шаманах различались в разных источниках и менялись со временем. Точнее понимать их как разные направления шаманской практики и отношений с духовными силами.
Различие связывалось с кругом духовных сил и характером обрядов, с которыми был связан шаман.
Одним из главных предметов ойууна был бубен. Его использовали вместе с колотушкой.
Ритм сопровождал камлание, движения шамана и его обращения к духам. Бубен входил в единый комплекс шаманского облачения и ритуальных принадлежностей.
Камлание соединяло звук, голос, движение и действия шамана. Ойуун призывал духов-помощников и вступал с ними в отношения.
Происходящее понималось как путь шамана по пространству Вселенной. Возможность такого путешествия связывали с его силой, опытом и духами, сопровождавшими его.
Звук бубна сопровождал ойууна на пути между человеческим и духовным мирами.
Облачение ойууна было не просто ритуальной одеждой. Его металлические детали, подвески и изображения складывались в сложный комплекс, связанный с духами, защитой шамана и его путешествием между мирами.
Металлические детали и длинные подвески связывались с образом птицы — существа, способного перемещаться между мирами.
Часть металлических пластин воспроизводила элементы человеческого и птичьего скелета. Железо становилось частью ритуального тела ойууна.
Среди деталей облачения встречались изображения животных и птиц, связанных с помощниками и проводниками шамана.
Крупные металлические диски относились к небесной символике и сопровождали образ пути шамана через иные пространства.
Отдельные элементы облачения обозначали дорогу и переходы, по которым ойуун совершал своё ритуальное путешествие.
Облачение создавало особое ритуальное тело ойууна — защищённое, наделённое помощниками и способное совершать путь между мирами.
Мир ойууна не существовал отдельно от культуры саха. Представления о небесных силах, духах и устройстве Вселенной находили другое выражение в празднике, благословении и эпическом сказании.
Ысыах — летний праздник саха, связанный с обновлением, благополучием людей, земли и скота. В старинных обрядах обращение к айыы сопровождалось алгысом и кроплением кумысом.
Эту роль могли исполнять белые шаманы и другие знатоки обряда. Поэтому Ысыах связан с духовным миром саха, но его нельзя сводить только к шаманской практике.
Олонхо — эпическая традиция саха. В сказаниях разворачивается огромная мифологическая Вселенная, в которой Верхний, Средний и Нижний миры связаны между собой.
Ысыах и Олонхо позволяют увидеть мир саха шире шаманской практики — как пространство, где человек, природа, небесные силы и духи связаны между собой.
Шаманская традиция саха не дошла до нашего времени неизменной. В XX веке прежняя система передачи знания была нарушена, но память о ней сохранилась — в семьях, языке, эпосе, обрядах и этнографических свидетельствах.
Представления о духах, айыы, абаасы, иччи и ойуунах продолжали существовать в рассказах, фольклоре, семейной памяти, музейных собраниях и этнографических записях.
В советский период религиозные практики подвергались давлению, а прежняя передача шаманского знания была серьёзно нарушена. Поэтому современную практику нельзя считать полностью непрерывным продолжением прежней традиции.
Вместе с культурным возрождением саха усилился интерес к традиционным представлениям и обрядам. Появились современные шаманы, целители и другие носители духовных практик — уже в изменившемся мире.
Современная духовная жизнь саха включает разные формы: сохранённые обычаи, восстановленные обряды, деятельность целителей и шаманов, а также новые интерпретации традиции. Между ними нельзя автоматически ставить знак равенства с практикой ойуунов XIX — начала XX века.
Традиция не возвращается в прошлое. Она продолжает жить, сохраняя память о нём и меняясь вместе с людьми.
